Десятое Правило Волшебника, или Призрак - Страница 198


К оглавлению

198

Глава 48

Ричард брел в оцепенении, оглядывая лежащую вокруг освещенную лунным светом землю. И казалось, существовало лишь одно, проблеск чего мог пробиться сквозь это смутное мрачное состояние.

Кэлен.

Ему так не хватало ее. Он так устал от борьбы. Так устал от непрестанных попыток. Так устал от неудач и поражений.

Он отчаянно стремился вернуть ее назад. Вернуть их совместную жизнь. Обнять ее… хотя бы просто обнять.

Он припомнил время, много лет тому назад, в доме духов, когда он еще не знал, что она – Мать-Исповедница, а она чувствовала себя до отчаяния одинокой и ошеломленной теми уничтожающими секретами и тайнами, что должна хранить. Тогда она просила его просто поддержать ее. Он помнил боль, звучавшую в ее голосе, боль от необходимости получить поддержку и успокоение.

Он отдал бы что угодно, чтобы сделать это сейчас.

– Остановись, – прошипел ему чей-то голос. – Подожди.

Ричард остановился. Ему никак не удавалось заставить себя задуматься над тем, что сейчас происходит, хотя он полностью осознавал необходимость этого. В позе женщины он смог заметить некоторое напряжение; она напоминала хищную птицу со вздернутой вверх головой и поднятыми в легком взмахе крыльями.

Ему не удавалось отделаться от плотной апатии и вялости, что тянули его вниз, пригибая к земле, не позволяя ясно рассуждать. Ее поведение, казалось, было свернутой в спираль агрессией, в основе которой он видел признаки страха.

Наконец он сумел мобилизовать все внутреннее беспокойство, чтобы попытаться осознать окружающее. В лунном свете он увидел, за чем наблюдала Сикс: нечто, выглядевшее как широко раскинувшийся по долине лагерь. Поскольку была глубокая ночь, вокруг относительно тихо. Но даже сквозь цепенящие миазмы ее присутствия Ричард ощутил, что уровень его озабоченности вырос еще сильнее.

Он заметил и кое-что еще. По ту сторону лагеря, занимавшего долину, он увидел возвышавшийся на холме дворец, показавшийся ему знакомым.

– Идем, – прошипела Сикс, скользнув мимо него.

Ричард устало потащился за ней, снова погружаясь в туман равнодушия, где все, о чем он только мог думать, была Кэлен.

Вот так, глухой ночью, держась стороной, они, казалось, шли долгие часы. Сикс была скрытна, как змея: двигалась, останавливалась, затем двигалась снова, пробираясь по едва заметным тропкам сквозь лесную чащу. Запахи бальзамина и пихты действовали на Ричарда успокаивающе. Мхи и папоротники вызвали ностальгические воспоминания детства.

Но восторг, вызванный лесом, моментально испарился, когда они продолжили путь уже по мощеным булыжником улицам, среди закрытых лавок, среди погруженных в темноту домов. В тени можно было различить людей, обычно парами, вооруженных копьями. Ричард чувствовал себя так, будто наблюдает за всем этим в глубоком сне, по мере того как оно перемещалось перед его мысленным взором. Он почти ожидал, что стоит лишь снова представить в своем воображении тот лес, как лес тут же появится вокруг.

Он представил себе Кэлен. Но она не появилась.

Два человека в вороненых металлических доспехах выбежали из боковой улицы. Они упали перед Сикс на колени, целуя подол ее черного одеяния. Она лишь чуть-чуть замедлила шаг, позволяя им выразить свою преданность. Они затрусили следом, едва она продолжила путь по улицам, становясь эскортом для густой тени, которая тянулась за нею даже в ночной тьме.

Все это усиливало впечатление сновидения. Ричард понимал, что с ним следовало бороться, но он не мог заставить себя заняться этим. Он был озабочен лишь тем, чтобы делать все так, как приказывала ему Сикс. И ничего не мог поделать с собой. Один вид ее плывущих очертаний очаровывал его, взгляд ее глаз покорял, а звук голоса околдовывал. Потеря дара привела к пустоте внутри него, которую теперь наполнила она.

Ее присутствие полностью успокаивало его, наполняло его смыслом.

Двое стражей, сопровождавшие их, осторожно постучали в железную дверь, устроенную в огромной каменной стене. Небольшая дверца-окно поверх небольшой щели, устроенной в этой железной двери, распахнулась. Чьи-то глаза уставились на пришедших. Слегка округлились при виде стоявшей перед ними бледной тени. Ричард услышал, как люди по ту сторону бросились открывать тяжелый засов.

Дверь открылась, и Сикс скользнула через нее, с Ричардом в кильватере. В лунном свете вполне можно было разглядеть огромные каменные стены, но он уделил им очень мало внимания. Гораздо более он был восхищен и захвачен тем гибким призраком, который вел его через эту бархатистую ночь.

Как только они прошли через огромные железные двери, со всех сторон набежали люди и начали открывать новые двери, выкрикивать приказания и зажигать факелы.

– Сюда, – сказал один из них, подводя их к каменной лестнице.

Теперь они спускались все глубже и глубже по спирали ступеней. У Ричарда было ощущение, будто их заглатывает какой-то каменный зверь. Хотя, поскольку Сикс все еще была рядом, он был готов оказаться и проглоченным. На одном из нижних уровней, в неприятном сыром коридоре, сопровождавшие провели их в мрачное темное место. Поверх отвратительного скользкого пола была разбросана солома. Эхо разносило звуки падающих где-то в отдалении капель.

– Вот место, о котором вы говорили, – сказал ей страж.

Тяжелая дверь пронзительно взвизгнула ржавым и злобным протестом, когда он потянул ее на себя, открывая. Внутри помещения на небольшом столе стояла свеча, которую стражник зажег от факела.

– Твоя комната для ночлега, – сказала Сикс Ричарду. – Скоро рассветет. И тогда я вернусь.

198